На прошедшем в апреле в Москве VI Юридическом форуме, организованном газетой «Ведомости», возник вопрос о противоречивости применения российскими судами норм об условных сделках. Редакция благодарит представителей ВАС РФ и МЭР России, а также бизнес-юристов, которые откликнулись на предложение продолжить дискуссию о толковании и применении ст. 157 ГК РФ на страницах нашего журнала, и предлагает читателям ознакомиться с их позицией Дмитрий Степанов, партнер Адвокатского бюро «Егоров, Пугинский, Афанасьев и партнеры», кандидат юридических наук Виктория Подсосонная, старший юрист ЮК «Юков, Хренов и Партнеры», магистр частного права Юлия Лазарева, cтарший инвестиционный юрист Государственной корпорации «Российская корпорация нанотехнологий» Александр Молотников, преподаватель кафедры предпринимательского права Юридического факультета МГУ им. М.В. Ломоносова, директор по правовым вопросам Консалтинговой Группы «АСПЕКТ», кандидат юридических наук Интервью представителя МЭР России Дмитрия Скрипичникова, заместителя директора Департамента корпоративного управления Министерства экономического развития РФ Антон Иванов, Председатель ВАС РФ Андрей Егоров, заместитель руководителя аппарата ВАС РФ, кандидат юридидических наук, профессор РШЧП Михаил Церковников, главный консультант Управления частного права ВАС РФ, магистр частного права
Приводим начало статьи:
Дмитрий Степанов, партнер Адвокатского бюро «Егоров, Пугинский, Афанасьев и партнеры», кандидат юридических наук
Как показала реформа корпоративного законодательства, наиболее ярко проявившая себя в прошлом году, решить те или иные проблемы «локально», ограничившись лишь одной областью законодательства, не получится: урегулирование одной проблемы (акционерные соглашения) тут же обнажило глубинные проблемы, имеющие системный характер. Соответственно законодатель, услышавший наконец бизнес-сообщество и решившийся кое-что улучшить в корпоративном законодательстве, заставил всех задуматься над усовершенствованием общегражданского законодательства, архаичность и оторванность которого от жизни нередко принимает просто чудовищные масштабы. Ситуация, сложившаяся в настоящее время с применением правил о сделках, совершенных под условием, является типичным примером отсталого, закостенелого отношения со стороны законодателя к насущным запросам оборота и бизнеса, когда во главу угла ставится не прагматическая цель, а оторванные от жизни академические догмы или опасения, лишенные практической составляющей. Именно общие положения гражданского законодательства нуждаются сейчас в том, что принято именовать модным нынче словом “модернизация”. Что мы имеем сейчас в отношении соглашений акционеров или участников ООО? Значительная часть условий таких соглашений – это как раз те самые сделки, совершенные под условием. В частности, положения соглашений об обязанности выкупить долю (пакет акций) участника при наступлении оснований, порождающих тупиковую ситуацию (дэдлок), об ответственности в виде поражения в праве голоса при несоблюдении порядка согласования вариантов голосования; неголосование участников по тем вопросам, по которым они обязаны голосовать вместе; и иные подобные условия, типичные для соглашений участников или акционеров, буквально могут быть истолкованы как отлагательное условие (п. 1 ст. 157 ГК РФ). Как известно, ранее в российской судебно-арбитражной практике возобладала крайне консервативная позиция по вопросу о том, что следует понимать под условием в смысле ст. 157 ГК РФ. Так, арбитражные суды склонны исходить из того, что поскольку пп. 1–2 ст. 157 ГК РФ говорят об условии (отлагательном или отменительном) как об обстоятельстве, о котором «неизвестно, наступит оно или не наступит». Соответственно любое обстоятельство, с которым стороны договора связали наступление или прекращение своих договорных прав и обязанностей, если оно полностью, преимущественно или хотя бы отчасти зависит от воли одной или обеих сторон по договору, не является условием в смысле ст. 157 ГК РФ. К сожалению, российская судебно-арбитражная практика не признает указанные условия, так или иначе обусловленные волей (последующим поведением) стороны по договору, известные доктрине права под названием потестативных условий, допустимыми правовыми конструкциями, порождающими действительные сделки, а также юридически обязывающими обязательствами, подлежащими судебной защите. В одних случаях суды склонны признавать сделки, содержащие такие условия, недействительными или незаключенными, в других – отказывать в исковой защите требованиям, проистекающим из подобных сделкок, либо вовсе не считаться с ранее выраженным волеизъявлением сторон и разрешать конкретный спор исходя из собственного понимания возникших отношений, по сути, игнорируя элемент сделки, совершенной под условием. В частности, в качестве примеров условий, зависящих от воли сторон, а потому недопустимыми исходя из приведенного понимания ст. 157 ГК РФ, суды называли случаи исполнения или неисполнения обязательства одной из сторон договора, регистрацию права собственности, перерегистрацию и оплату ценных бумаг для вступления в силу последующего договора купли-продажи, получение денежных средств от третьих лиц-контрагентов одной из сторон по договору и т. п.
"Полностью статью можно прочитать в июньском номере журнала за 2010 год"
